Высокинская летопись

(Продолжение).

А еще делали катки из дубового обреза толщиной 35-40 сантиметров. Набьют в этот каток рядов 6-8 железных скоб и через прицепную дугу цепляют за коляску с дышлом, впрягают 2-3 лошадей и они молотят за день до 6 возов хлеба. А ночью, если есть ветерок, зерно отвеют от мякины и ссыпают в амбар.

Из-за плохого корма в 1891 году много скотины пало, особенно в бедняцких хозяйствах. Многие потом попали в зависимость к кулакам.

Второй такой неурожай случился в 1901 году. Мне к тому времени было 6 лет. Отец мой Черемисов Никанор Семенович имел 1 лошадку и корову. Жили, едва сводя концы с концами. И вот в этот голодный год у нас пала последняя лошадь. Отцу пришлось идти в найм к зажиточным крестьянам. Затем он нанялся пасти общественное стадо. Мы, все братья, были у него подпасками.

Трудные были годы, а тут еще в 1899 году по селу прошлась холера. Она унесла в могилу более 500 человек.

Я помню, как мы с матерью ходили больную тетку Ульяну навестить, жену Родиона Силаева. Она лежала в переднем углу на двух деревянных лавках, вся распухшая и металась от боли.

На весь Пестравский участок в то время был один врач и фельдшер, так что особой помощи ждать было неоткуда.

6. РАЗМЕЖЕВАНИЕ

Когда население села Высокого достигло 5 000 человек, то местная церковь уже не стала вмещать всех верующих, особенно в праздничные дни. Встал вопрос о ее расширении, что и было сделано в 1903 году. Одновременно с расстройкой церкви сельская власть решила построить за счет средств общества большой хлебный магазин-амбар на 600 центнеров зерна, как запасной фонд.

В 1904 году грянула русско-японская война. Много мужиков было мобилизовано из села Высокого. А вскоре пришла и первая похоронка на Е.И. Летунова, Н.И. Кочергин был ранен. Зажиточные люди в большинстве своем могли откупиться от мобилизации.

Росли кулацкие хозяйства. Особенно поднялись они после закона, который издал министр земледелия Столыпин. По нему крестьяне могли выходить на отруба, то есть причитающуюся ему землю на его ревизские души взять отдельным участком.

Зажиточные мужики сразу стали скупать у павших крестьян их наделы. Такие крепкие хозяйством мужики, как братья Егор и Алексей Черниковы, С.Т. Кожевников, С.Ф. Лыков, Д.Л. Прокопов, братья Егор и Терентий Ермоловы скупили по 20-30 ревизских душ. Им нарезали на земельном участке в Осиновке до 7 десятин на каждую душу. Кроме того, они снимали в аренду землю помещиков Хохлачева, Никлюдина, Шихабалова и Аржанова. Такие зажиточные хозяева как Черниковы и Кожевников имели по 200 десятин земли.

В 1910 году каждому из этих хозяйств выделили земельный участок, на котором все отрубщики построили хутора. Им также были выделены местные дачи под Пестравкой и на Осиновских угодьях. Хлебом засыпались они и залились коровьим маслом. Сами хозяева разъезжали на выездных жеребцах в рессорных тарантасах, пьянствовали, а на хуторах батраки бились на их хозяйствах.

7. «МЫ НОВЫЙ МИР ПОСТРОИМ»

Для меня империалистическая война 1914 года кончилась в декабре 1917 года. Я служил на Юго-Западном фронте в маршевой роте. Участвовал в походе через Карпатские горы, где были разбиты и откатились к границам Румынии и Австрии.

С победой революции наша часть в числе других была демобилизована.

Когда я вернулся, в Высоком уже была Советская власть. Во главе ревкома стоял большевик Иван Михайлович Шалимов. Человек он был неграмотный, и вскоре его на этом месте сменил молодой большевик Сергей Холомидин-Карлов. Помню еще одного члена ревкома – Прокофия Лаврентьевича Овсянникова. Они и начали укреплять Советскую власть в селе.

Всячески противились новой власти кулаки. Обычно они собирались на свои собрания в доме Филатова Максима Исаевича. Ждали белочехов и готовили им пышную встречу на своих хуторах. Составили списки большевиков и активистов Советской власти.

Ревком тоже не дремал и проводил среди кулаков аресты. Первым был взят под стражу Кожевников, как один из самых ярых врагов новой власти.

В июле 1918 года кулачество дождалось белых. Они их встречали в Высоком хлебом-солью. Начались облавы на актив Советской власти. Обошлось без жертв. Белочехи ограничились тем, что во всех хозяйствах активистов забрали скот, хлеб. Стояли они в Высоком два дня и ушли на Самару.

В 1918 году по декрету о земле, подписанном В.И. Лениным, все отрубленные участки были зачислены в общий фонд и переданы крестьянам. Население Высокого составляло тогда 5 800 живых душ и владело 22 тысячами десятин земли. Этого было мало и уездные власти выделили обществу еще 6 тысяч десятин сенокосных угодий на хуторе Левинском под Большой Глушицей.

А люди зажили справно.

Осенью 1918 года начался призыв в ряды РККА. Среди других высокинцев и мне выпала честь защищать молодую республику. В красных частях я находился с 1918 по 1921 годы.

8. ГОЛОД

В 1921 году выпало засушливое лето. Суховей жег всю растительность. Хлеба на квадратном метре едва можно было насчитать 12 колосков. Дергали их с корнем руками и намолачивали по 3 пуда зерна с десятины.

Надвигался голод. Малосемейные хозяйства забивали свои дома и уезжали на прокормление в Сибирь и Украину. Вокзалы были перегружены беженцами. На станции Иващенкова (ныне Чапаевская) скапливалось до нескольких тысяч людей. Из-за недоедания и плохих санитарных условий среди них вспыхнула эпидемия брюшного тифа. Народ вымирал десятками в день.

Не лучше обстояло дело в Высоком. Комитет бедноты ходатайствовал перед губернской властью об оказании помощи голодающим в селе Высоком, но помощи не дождался. Голодало все Поволжье.

И. ЧЕРЕМИСОВ. (Продолжение следует).