Правда крепнет в борьбе
С мая этого года Кадиксов организовал выпуск газеты «Заволжье». И хотя за официального редактора проходил беспартийный Добролюбов, фактически лицо газеты определял Кадиксов и стоявший за ним большевистский комитет. – Когда он взял слово, среди меньшевиков пополз раздражительный шепоток. Человек, резко изменивший политические убеждения, в стане своих бывших друзей вызывает нескрываемую ненависть, ибо бьет он при случае сильнее, чем старые противники.
– Яростная кампания, которую сейчас развернули против большевиков и всего рабочего класса буржуазия, либералы, соглашатели всех оттенков, не случайна. Нельзя без возмущения читать выпады буржуазной печати против рабочих организаций. За последнее время они превзошли лживостью и подтасовкой фактов решительно все. С наглой самоуверенностью их газеты сообщают, что социалисты всех стран Европы будто бы высказались за войну, что везде рабочие прекратили забастовки из чувства патриотизма. Это ложь!,– срывающимся от волнения голосом выкрикнул Кадиксов. – Сознательный пролетариат всего против войны! И рабочий класс Самары в самое ближайшее время ответит на это массовыми антивоенными акциями. Репрессии против свободомыслящих людей, газет и журналов усиливаются. В этих условиях рабочие должны еще тесней сплотиться вокруг своих партийных организаций. Активнее бороться за прекращение кровавой бойни и свержения самодержавия…
– Да, война сильно перетряхнет Россию, – задумчиво сказал Буянов, когда они с Крайнюковым во время перерыва между выступлениями стояли около играющих в бильярд. – И чем дальше, тем больше народ будет понимать, в чьих интересах она ведется.
Крайнюков внимательно слушал Буянова и в то же время наблюдал за игрой одного из своих друзей с каким-то незнакомым, высоким, с капризным и нервным лицом молодым человеком. Гавриленко явно уступал ему в игре, и его соперник это скрыто подчеркивал, позволял себе делать удары кием из-за спины, иронически улыбался при каждом его промахе.
«Ну что же, сыграем!», – мысленно радовался он, что появилась возможность как-то разрядить кипевшую в нем весь вечер ярость и возмущение от стычек с господами либералами и меньшевиками. Буянов с улыбкой перехватил его взгляд. – Ты уж не расплещи все свои эмоции. Оставь их для дела. А к этому востроносому в белой манишке хорошенько присмотрись, – кивнул головой Буянов на играющего молодого человека. – На днях он пожалует в ваш уезд. Из аграрной группы. О чем говорить будет, знаешь. Слышал, как они сегодня заливались. Так что тебе, Вакула, хорошо поработать с народом надо.
Крайнюков внимательно приглядывался к игре эсера. Удар у него был поставлен неплохо. Правда, бил эсер не всегда с той силой, которую подсказывала ситуация. Но прекрасно владел стратегией игры. Умело готовил выгодные для себя позиции и часто для достижения этой цели расчетливо применял «дежурные» удары. – Желаете сыграть?, – поймав на себе пристальный взгляд Крайнюкова спросил эсер, пряча в уголках рта снисходительную улыбку.
Ему представлялось забавным, что этот плечистый, с тяжелыми, узловатыми руками человек, по виду мастеровой, возьмет в свои широкие ладони тонкий и изящный кий, да еще попытается у него выиграть, как понял он по решительному виду, с каким его новый соперник сбросил пиджак и закатал рукава широкой сатиновой рубашки. – Ты бы с ним под интерес, а то так даже скучно будет, – передавая кий Крайнюкову, глухо сказал ему расстроенный разгромным проигрышем Гавриленко. – В излишних эмоциях, во всяких страстях и пристрастиях это нас всегда обвиняли большевики, – с усмешкой бросил ему вслед эсер. – И, если у вас после безобидной игры в бильярд губы подобрались, плохие стали у вас нервишки, а значит, и дела. И никакими интересами их не подогреешь, даже если Россию, исходя из ваших революционных принципов, в этой войне Германии преподнести. – В безобидную игру играть будем или политику под нее подводить?, – метнул Крайнюков потемневший взгляд на эсера, кочетом стоявшего среди уже окруживших его в предвкушении новой перепалки «своих».
Последний раз Крайнюков играл в бильярд в Николаевске, куда приезжал он этой весной по революционным делам с Ибрагимовым. На ночь они остановились в гостином дворе, где предприимчивый хозяин поставил в одной из комнат бильярд, и приезжие играли под интерес с вином и дымом до утра. Крайнюков играл здесь иногда пару партий, как говорил он Ибрагимову, для поддержания формы.
Ю. ПАВЛОВ.
