Правда крепнет в борьбе

XIX

В доме купца Афиногенова было жарко и душно. Но никто не замечал этого. Тихая радость, как бальзам по наболевшему, наполняла сердца собравшихся.

– Хватит, поиграли хамы в революцию, они уже готовы Россию немцам в заклад отдать. Спасти святую Родину от большевистской чумы, навести порядок, пресечь бесчинства и анархию могут сегодня только военные. И мы к этому готовы.

Опоздавший банкир Заливанов, вытянув шею, жадно смотрел в рот выступающему.

– Кто это?, – сглотнув тугой комок в горле, нетерпеливо спросил он у подошедшего к нему Афиногенова.

– Эмиссар Корнилова капитан Олейник… Господи, услышал ты наши молитвы, – торопливо осеняя лоб, горячо зашептал он. – Тут такое в Петербурге готовится… Да и не только там…

– Вся армия пойдет за Корниловым. Офицеры знают, ценят и любят генерала еще за былые заслуги перед Отечеством, – чеканил желанные, как слитки золота, слова поднаторевший на подобных митингах капитан. «Мне бы с вас, идолов бородатых, хороший куш снять, – глядя на самарских купцов, банкиров и фабрикантов, думал он. – Да на эти деньги оружие у союзничков. Мы бы и вам бороды подпалили, чтобы в следующий раз в демократию поменьше играли».

В фонд помощи корниловскому мятежу от самарской буржуазии поступило несколько сот тысяч рублей. Контрреволюция поднимала свою многоликую голову.

…Крайнюкову с Кузьмичевым чудом удалось избежать ареста в одной из частей Самарского гарнизона. Вмешалась группа пробольшевистски настроенных солдат во главе с прапорщиком Галактионовым.

– Положение крайне сложное, почти все офицеры части настроены враждебно. В чем вы и сами могли убедиться, – кивнул Галактионов на обезоруженных солдатами Лобуховского и его попутчиков. – А тут еще эсеры с меньшевиками воду мутят. Я пока положиться полностью могу только на свой 133-й полк.

Крайнюков, внимательно слушавший Галактионова, улыбнулся.

– Это уже не так плохо, – сказал он. – Давай-ка, друг, веди нас на четвертую батарею. Там у меня есть товарищи. Я думаю, артиллеристы пойдут за нами… А как ты думаешь, Григорий?,- обернулся Крайнюков к молчаливо шагавшему рядом Кузьмичеву.

– Как знать, давненько ты там не был, – ответил Кузьмичев. – Твой Лобуховский, кстати, в этой батарее уже второй месяц служит. И как я понял, офицеры, что были с ним, тоже из этой части…

Крайнюков вопросительно посмотрел на Галактионова. Тот утвердительно кивнул головой.

За разговором подошли к казарме артиллеристов. В приоткрытую дверь выглянул солдат и поспешно исчез внутри помещения.

– Давайте договоримся, начну я, – задержавшись перед дверьми, сказал Крайнюков своим товарищам.

Никто из них не возражал.

Когда они вошли в казарму, солдаты, разбившись на небольшие группы, сидели на нарах, на лавках, стояли у окон. Одни смотрели на вошедших хмуро и настороженно, другие с интересом, третьи – доброжелательно. Отметив это, Крайнюков понял: рота вовсе не так монолитна! На нее можно подействовать словом.

Ю. ПАВЛОВ. (Продолжение следует).