Правда крепнет в борьбе

… У тюремных ворот два пьяных извозчика сцепились пролетками. Для скучающей тюремной охраны это было забавой. Одно из дышл, прорвав брезентовый тент, заехало другому в пролетку, внутри которой мелькало перекошенное от страха лицо какой-то мадам. Извозчики ко всеобщему удовольствию жандармов, схватились за грудки, хрипя и матерясь, покатились по мостовой.

– Эй, дядька, барыню-то с дышла сними! – гогоча кричал один из охранников. Советы и насмешки сыпались со всех сторон.

Крайнюков, не упуская из виду охрану, при очередном круге взял несколько левее, в сторону условленного места. – Не положено! – как заведенная машина, бесстрастно прогудел надзиратель, стоявший в центре круга. Крайнюков сделал вид, что поворачивает обратно. Охранник отвернулся в другую сторону. Тут же через стену перелетела веревочная лестница. Крайнюков вздохнул и, чуть не вскрикнув от боли, тяжело побежал к стене. До нее было метров пятьдесят. Он преодолел уже более половины пути, когда сзади раздался испуганный крик: – Политический утек! Разом двор наполнился гомоном, свистками, топотом десятков ног.

Крайнюков не оглядывался. Все усилия и внимание он сосредоточил на одном: не споткнуться и не упасть! Колючий воздух рвал отбитые легкие, от боли в глазах плыли огненные круги. Схватился за лестницу, неловко поставил ногу, веревки перехлестнулись, поползли по стене в сторону, и Крайнюков едва не упал.

Громыхнул выстрел. – Не стрелять! – крикнул, высунувшись из окна второго этажа полковник. – Никуда он не денется! Перехватите с другой стороны! Да уберите, наконец, от ворот эту сволочь! – заметался он в окне, глядя, как беспомощно столпились жандармы у перекрывающих им дорогу пролеток с лошадьми.

Крайнюков тем временем перевалился через стену. – Уйдет же, уйдет! – испуганно запричитал растерянно застывший посреди тюремного двора начальник охраны. Он обернулся к бестолково суетившимся у пролеток жандармам, наливаясь кровью, исступленно закричал: – Задержать! Головы поснимаю!

Жандармы бросились к пролеткам, намереваясь отшвырнуть их с дороги, вместе с суетившимися вокруг них извозчиками, как вдруг пролетки моментально разъехались сами, словно и не было получасовой неразберихи, скандала и драки. Одна пролетка помчалась в сторону пустыря, где в нее вскочил бежавший политический и еще какой-то человек. Вторая, на глазах ошарашенной тюремной охраны, медленно покатилась по центральной улице и скрылась в одном из переулков.

Первым все понял полковник. – Ублюдки! – он грозно выругался и с треском захлопнул окно.

VII.

В 1908 году после побега из Петропавловской тюрьмы, Крайнюков вернулся в Самару. Накануне его приезда здесь произошел один из самых крупных провалов социал-демократической организации. В апреле Самарский комитет взял на себя инициативу подготовки Поволжской конференции РСДРП.

Вечером 28 апреля в квартире М. Герасимовой и В. Александрова на Вознесенской улице собрались участники общегородской конференции. Все ждали представителя Центра Б. Футоряна, который являлся секретарем комитета. Еще по приезду в Самару он пытался направить организацию на меньшевистский путь. Расхождения между членами комитета — большевиками и меньшевиками Футоряном углублялись. Он пренебрежительно относился к сочетанию легальных и нелегальных форм борьбы, умилял руководящую роль партийной организации и в профсоюзах, недооценивал конспирацию. Вот этот последний недостаток Футоряна и стал роковым для участников конференции. Он привел за собой «хвост», и через несколько минут дом был окружен жандармами. Уйти никому не удалось.

Последовал еще ряд провалов. 19 арестованных в административном порядке были сосланы в Сибирь, остальные — преданы суду.

Ю. ПАВЛОВ. (Продолжение следует).