Высокинская летопись
(Продолжение.
С этого времени мужики решили: разрезать землю столбами шириной по 100 и 200 сажен, а длина их 12 верст от Овсянки до Суходола. Участок земли делился на три части: одна – по душам для вспашки и посева яровых культур, вторая – под пастбище для скота, третья – под сенокосные угодья.
Из общего земельного участка общество выделило 100 десятин казенной меры для священнослужащих. Такой же участок под бахчи, где на крестьянскую душу 2-3 саженя. А для посадки картофеля в лугах – по сажени на ревизскую душу. Кроме этого, на берегу реки Большой Иргиз по 20-40 квадратных саженей на семью под капусту.
Первые годы пахать на целинных землях было трудно. Сельхозинвентарь был примитивный: деревянные плуги с железным лемехом (делали местные кузнецы), деревянные бороны с зубьями из железа. Позже появились оралы, с помощью которых пахали на глубину 4-6 вершков.
В плуг впрягали от 4 до 6 лошадей или пять быков. Сеяли сорта пшеницы «Белотурку», «Русак», «Полтавку» и многие другие зерновые культуры. Лен засевали на волокно.
Земля давала неплохой урожай. В благоприятные годы получали 200 пудов хлеба с десятины (40 килограммов на 100 сажен). Высоковцы всегда жили с запасцем хлеба на 1-3 года.
Скота держали много. Коров до 5 и больше голов. Овец самый бедный крестьянин имел до 5 голов, а крепкие семьи – по 30-40. Всего в селе насчитывалось в ту пору 8 стад овец и 5 стад коров. Гулевой рогатый скот насчитывал до 1 000 голов.
Шерсть с овечек шла на изготовление валяной обуви, пряжи. Вырабатывали сукно для одежды, шили зипуны, жакеты (сюртуки, короткие пиджаки). Белую шерсть женщины красили краской (куксином) и на ткацких станках ткали холсты для юбок. Для нижнего белья и верхнего платья шел лен. Фабричной мануфактуры покупали мало и из нее делали одежу только для праздника.
Для зимней одежки кустари выделывали овчину и шили шубы с тулупами.
Летней рабочей обувью для всех исключительно были лапти. Их плели из лыка липы. Сапоги и сапожки имели только для праздничного выхода. Справить сапоги кожаные – надо 6 рублей, на женские полусапожки – 3,5 рубля. Лапти же стоили 20-25 копеек за пару.
Хлеб возили продавать в Самару. Был он тогда дешевый: 55-60 копеек за пуд. Если кто продал за 62 копейки, завидовали: дорого продал.
Хорошую проездную лошадку можно было купить за 70 рублей, а обыкновенную рабочую – рублей за 25-40. Корова с молоком стоила 25-35 рублей, овечка – 4-5 рублей. Сукно для пальто – 3 рубля аршин. Сатин – 20-25 копеек за аршин, ситец – 13 копеек, трико для штанов – 15, картуз суконный – 1 рубль. Сахар рафинад – 14 копеек фунт, вино 40 градусов – 42 копейки бутылка.
3. КТО ХВАТ, ТОТ И БОГАТ
Все вроде казалось дешево, а труд крестьянина был еще дешевле. Мужчина, работающий на вывозке навоза от восхода до зари, получал за свой труд 25 копеек. А женщина, что накладывала навоз на дрожки – 15 копеек.
Работник нанимался к богачу за 90-100 рублей в год. Работал он день и ночь без выходных.
Горька была участь батрака. Хозяин и ругал его, и драл кнутом, а пожаловаться было некому.
Бедняку с одной лошаденкой вспахать 1-1,5 десятины не удавалось. А семья, как правило, 6-7 человек. Брал он бутылку и шел на поклон к зажиточному мужику. Тот выпьет, покуражится над просящим и выдаст ему пудов 16 зерна под посев. Условия кабальные: по снятии нового урожая отдать ему 18 пудов. Кроме того, выговорит кулак денька на три, чтобы навозил у него должник навоз на поля.
Чем дальше шли годы, тем все больше разделялось население села Высокое на богатых и бедных. Через 40-50 лет со дня образования одна треть всех жителей села стала зажиточной и применяла наемный труд с целью наживы.
Первые годы трудно было запасать корм на зиму для скота. Сено косили ручными косами, а много ли его накосишь, если во дворе много скотины? Первые сенокосилки, лобогрейки, жнейки и самоскидки стали появляться на полях с 1880 года. Все эти машины завозили к нам американцы, а наш царь-государь только вино и вырабатывал. Вилы рожковые и те за границей покупали.
К 1880 году село Высокое стало неузнаваемым: одна треть населения осталась жить в старых избах и землянках, а две трети перешли в новые деревянные дома с парадными крыльцами и тесовыми воротами.
В Высоком открылось до 10 бакалейно-галантерейных лавок, столько же ветряных мельниц. Они мололи на 6 камнях, один камень был закреплен за высоковцами.
Население Высокого достигло 5 000 душ, так как семьи были большие. Так, 6 братьев Наумовых (Михайловых) жили вместе и имели семью из 42-х человек. Грудистовы – 40 человек, а по 20 человек в семье – дело было обычное. Взять хотя бы еще семью Нагаевых – 32 человека, Лыковых – 30 человек. Да еще и работников нанимали, так и раздували свои хозяйства.
Очень зажиточно жили в то время Ульянкины, Зотовы, Тушины, Прокопов Данил, Кривошеевы, Кузьмины Иван и Осип, Касьянова Меланья, Рогожин Илья, Бритиков Ефрем, Лизунов Михаил Андреевич, братья Егор и Алексей Черниковы, а также С.П. Кожевников. Были полупомещики, держали работников до 20 человек.
4. ВЫСОКИНСКИЕ «УНИВЕРСИТЕТЫ»
Царское правительство мало заботилось о просвещении населения. В Высоком небольшая школа была при церкви. Она находилась в сторожке, где в одной из комнат проходило крещение новорожденных, а другую отвели под класс, где обучалось 15-20 детей кулаков и зажиточных крестьян. Остальные дети нигде не учились. Правда, случалось, нанимал кто-то из крестьян грамотного человека научить ребенка хотя бы славянскому языку. Этим занимался часто Данила Антипович Уваров. Он набирал в зиму группу ребятишек человек в 10 и научал их славянской азбуке. Но это была капля в море. Жителей Высокого такое положение не устраивало. С согласия местного священника они возбудили ходатайство перед земством и архиереем об открытии в Высоком школы. Оно было удовлетворено, и в 1891 году школа до 4-х классов обучения стала работать. Вместе с церковно-приходской школой было охвачено обучением грамоте 250 человек.
В земской школе занятия вел мирской учитель, в церковно-приходской – отец дьякон.
В церковно-приходскую принимались учениками мальчики и девочки, а в земскую – только мальчики.
На уроках проходили чтение по русскому языку автора Баранова, изучали арифметику Вишневского, походы Кутузова и других военных полководцев, стихотворения «Бородино», «Иван Сусанин». Много времени уделялось изучению истории Ветхого и Нового заветов, Евангелию на славянском языке, Псалтырю, Часослову. Географию изучали по глобусу.
В школе был установлен порядок: прежде чем начать занятие, все ученики становились перед иконами и пели молитвы. После молитв исполняли гимн «Боже, царя храни».
Дисциплина в школе была строгая. Учитель и священник могли и физически наказать провинившегося, поставить в угол на колени, а иным неслухам подсыпать под коленки и горох.
Я пошел учиться в земскую школу в 1903 году. Учительница у нас была Аполинария Александровна. На выпускной экзамен за 4 класс приехали сам земский начальник, благочинный священник из Пестравки. Кроме того, присутствовали наш священник – дьякон Быстров и его помощник Осеев.
Из 19 человек сдали экзамены только 7, в том числе и я, И. Губанов, П. Овсянников, А. Михайлов, С. Смагин, Н. Сиротинский, П. Щукин.
5. ТРУДНЫЕ ГОДЫ
В 1891 году выпало засушливое лето. Не уродились ни хлеба, ни травы. Скот с осени стали кормить гнилой соломой, которую разрывали из земли. Раньше она закладывалась в канавы на гумнах, служивших своеобразной изгородью. Гумна оплетали также плетнями. В него в хорошие годы свозили с поля сено и солому. Здесь же сжатый хлеб молотили. Хозяин, у которого имелось несколько лошадей, гонял их по кругу, предварительно разложив снопы хлеба. Иные покупали специальные камни, отлитые на заводе. У них были ребра, как у шестеренки, между ними и промолачивали зерно.
И. ЧЕРЕМИСОВ.
(Продолжение следует).
